Атака на короля

Кто из шахматистов не мечтал провести по-настоящему красивую атаку на короля? Такую, где фигуры жертвуются одна за другой, а финал вызывает восхищение даже у самого искушённого зрителя. В партии такой момент наступает лишь при удачном стечении обстоятельств: соперник должен ошибиться, позиция – созреть, а вдохновение – совпасть с точным расчётом. Этюд позволяет не ждать благоприятного случая, чтобы воплотить свои самые смелые мечты и показать атаку в её логической и эстетической завершённости.

Хотя многофигурных этюдов составлено много, не все из них дотягивают до этюдного уровня. Атака на короля – не та идея, которую легко превратить в этюд! Ее надо представить так, чтобы она была намного ярче, выразительнее и масштабнее тех комбинаций, которые случаются в партии. В этюде атака – не только яркий финал, это букет идей на всех этапах ее проведения:

• эффектные жертвы, тихие ходы, красивый финал (этюды 1-4);
• логическая связь начала комбинации с финалом, предвидение (5-8);
• задачные трюки, ограничение подвижности, медленный темп (9-11);
• висячие фигуры, до которых нет дела из-за слабости короля (12-14);
• непрерывное создание все новых и новых угроз королю (15-17).

Стремление к совершенству заставляет композитора продолжать работу над этюдом, пока он не перепробует все способы, чтобы отбросить лишнее и оставить лишь самое интересное и важное. Но поскольку в этюдах с большим количеством фигур возможностей что-то улучшить кратно больше, то момент удовлетворения финальным результатом наступает значительно позже, чем обычно. У требовательных композиторов работа над этюдом затягивается на месяцы и годы, особенно, когда находка имеет все шансы стать одним из главных творческих достижений автора. «Составление миттельшпильных этюдов раздражает. Никогда не знаешь, когда этюд закончен. Всегда есть лучшая расстановка». (С. Нильсен)

Большинство грандиозных атак были составлены в последние 3 десятилетия, а первые «мечты атакующего шахматиста» Леонид Куббель воплотил в своих этюдах более 100 лет назад. Он считал №1 «одним из своих лучших этюдов из области миттельшпиля». В атаке используется типичный набор идей: белые гонят черного короля в центр, жертвуют ферзя, а потом тихим ходом создают неотразимую угрозу мата пешкой.

Перед решающей комбинацией в №2 зрителя знакомят с актерами шахматного спектакля, дают ему возможность оценить ситуацию на доске. В вариантах белый ферзь играет мускулами. Он маневрирует в лагере черных, как хозяин доски. Кому придет в голову мысль отдать такого ценного труженика даром?

В этюде №3 белые загоняют короля в угол, жертвуют все фигуры и ставят спертый мат. Этот этюд нравится всем. Сторонники классического направления ценят в нем идеальный мат, игру всех фигур и строгую экономию материала. Любители комбинаций видят миттельшпильное соотношение фигур и красивое развитие атаки. В те далекие времена оба лагеря единодушно сделали вывод, что такие этюды нужны всем, и пророчили им бурное развитие и светлое будущее. Этюд с акцентом на финал достиг новых высот в последующие годы, а вот новые увлекательные атаки на короля появились лишь в конце столетия, когда в их содержание была внедрена идея предвидения и чистота финала перестала быть главной ценностью многофигурного этюда.

Большой мат в №4 мешает сделать предшествующую игру тонкой и глубокой, потому что все мысли композитора заняты строительством финала. Он думает, как привести все фигуры на свои места, а не превратить их в талантливых танцоров уникальной атаки. Получился коллективный танец, но не балет.

По-моему, №5 – это первый отличный этюд после долгой паузы, с которого начался новый этап развития многофигурных атак на короля. Благодаря предвидению комбинационный этюд заиграл новыми красками. Атака стала цельной, потому что каждый ее ход является неотъемлемой частью общего дела. Наличие в нужный момент ярких жертв и парадоксальных тихих ходов кажется не случайным везением, а проявлением загадочной гармонии шахмат, которая никогда не позволяет выигрывающему упустить свой перевес, но иногда устраивает ему тест на изобретательность.

В этюде №6 надо предотвратить пат, прежде чем пригрозить королю матом.

Вскоре появились этюды, где в атаке на короля используются более сложные логические приемы, чем предвидение пата. В №7 и №8 разные белые фигуры успешно выполняют одинаковое задание. В первом из них меняется фигура, которая сковывает черного ферзя защитой от мата и цугцвангом.

В двух главных вариантах этюда №8 пешка превращается в ту фигуру, которая одновременно нападает на ферзя и грозит матом.

Эпическую атаку в №9 автор назвал «финальной партией его матча против Каспарова». Эффектная рокировка ферзя со слоном и предвидение позволило продолжить атаку до пешечного окончания. Каспаров сражался до последнего патрона, но композитор развил неотразимую атаку, использовав секретный приёмчик – сдвоение Ллойда-Тертона путем жертвы ферзя по Митрофанову.

В хорошей атаке сильная сторона стремится максимально подавить активность фигур противника. В №10 ограничение подвижности черной ладьи привело к трагикомической ситуации: ей надо уйти куда угодно, чтобы открыть дорогу слону, но она не может, потому что с четырех сторон к ней прилипли пешки.

В конце 2017 года на матч против компьютера выпустили искусственный интеллект Альфа-Зеро. В его партиях был ярко выражен еще один элемент красивых атак. Он атаковал с шокирующей медлительностью даже в позициях с большим материальным перевесом противника. Его атаки развивались, как в сказке: все фигуры наваливаются на вражеского короля, но чтобы его одолеть, надо позвать еще черепаху. А черепаха не спешит. У нее полно времени. Она медленно бредет на помощь с другого края доски, потому что «великие дела быстро не делаются». Красота стиля атакующей черепахи показана в №11 с помощью медленного подготовительного плана, оголяющего белого короля.

Не только предвидение дало импульс развитию многофигурных этюдов. Автор №12 придумал идею для зрелищной атаки, когда смотрел партию Таля: «Чары хода 21.h4! в том, чтобы оставить фигуры под боем и сыграть в другом месте. Идея неглубокая, но представьте, что ферзи продолжат пялиться друг на друга в тревожном ожидании еще несколько ходов».

В этюде №13 белые копируют черных – защищают висячего ферзя эполетным матом. Обезьянья тема имеет три слоя: 1) висят незащищенные ферзи; 2) они защищены эполетными матами; 3) угроза мата создается тихой жертвой фигуры под короля.

В №14 угроза мата спасает связанного ферзя, а тихие жертвы пешек вместе с взаимовыручкой фигур обеспечивают успех атаке белых.

У Яна Тиммана был математический взгляд на красоту этюда. Он писал, что в отличие от композиторов «игроков интересует сумма красоты в позиции», поэтому в красивой атаке на короля должно быть много жертв и угроз. Трудно слепить сюжет со смыслом из хаоса жертв. Но если долго мучиться, то что-нибудь получится. В этюде №15 угрозы королю летят со всех сторон: сбоку, снизу, сверху и по диагонали. За одной волной атаки следует другая.

Разнообразие угроз отличает этюд Тиммана от старых комбинаций с жертвами (например, этюда Я. Русинека 1971 года). Идею увеличить накал борьбы путем изыскания все новых угроз королю придумали уже современные композиторы №16.

Без предвидения знаменитый этюд Митрофанова с жертвой ферзя был яркой, но недосказанной комбинацией, поэтому приходилось объяснять словами, что черный конь в финале не лишний, потому что без него черные смогли бы спастись патом после ответной жертвы ферзя и слона. В №17 пат в финале ложного следа реальный, а не мифический. Замысел реализован полностью.

Атака на короля – идея мечтателей. Немного неожиданно, что композиторы начали мечтать масштабно лишь совсем недавно. Новые приемы увеличили накал борьбы и подняли уровень атак. Большинство этюдов были придуманы без опоры на шахматную партию, хотя их начальные позиции выглядят, как вполне обычные миттельшпили. В тех случаях, где партия была отправной точкой, композиторы очищали игру от шума и суматохи, чтобы подать атаку в этюдном виде – с чистым финалом, логической структурой и гармоничным синтезом идей. Если хочется помечтать, то надо мечтать изящно!

Статья в PDF: Атака на короля