В новом номере журнала «Теория и практика шахматной композиции» (№7) опубликованы итоги мемориала З.Бирнова (этюды с.46-48) и замечательная статья «Тенденция, однако…» динозавра этюдной композиции Юрия Базлова о тревожных тенденциях к составлению «бездушных» этюдов (с.53-66). К таковым причисляются громоздкие позиции с ничтожным содержанием, рекордные замыслы, пустые логические этюды, неудачно обыгранные старые идеи, недоразвитые схемы, 6-фигурные цугцванги, компьютерные этюды с лавиной аналитических вариантов, давно известные задачные замыслы. Все это названо «мертвой красотой», потому что она оставляет зрителей равнодушными. Автор показывает в статье 25 этюдов (5 душевных и 20 бездушных), и с его проникновенными комментариями трудно не согласиться. Среди бездушных этюдов числятся 4 моих не совсем удачных, но высоко отмеченных. Конечно, я не в восторге от них. Но иногда позволяю себе поэкспериментировать, пошутить. А при составлении этюда, победившего в командном чемпионате мира, я поступил как циничный практик, хорошо осведомленный, что большинство судей просто считают, сколько раз выполнена тема. Зато в новом чемпионате всех судей этюдного раздела уже попросили не считать, а оценивать художественность этюдов. Судить душой? А сможет ли она откликнуться на шахматную красоту, если ее не кормить знаниями, и старыми, и новыми? Так что будем знакомиться с поучительными статьями и развиваться!
Все номера журнала «Практика и теория шахматной композиции» выложены на сайте Олега Ефросинина.
Если честно, Сергей, давно читаю Ваш блог. Думалось, что увидев статью в №7 «Теории…», Вы вступите в полемику, и будете защищать если не свои этюды, то уж точно оспаривать точку зрения мастера Базлова. Приятно видеть такой Ваш комментарий, который я только что тут прочёл. Значит, Вы способны учиться, а не только учить, и звёздностью пока не страдаете. Так держать!
В своей статье Юрий Базлов пишет:
«Красота в этюде заметно отличается от традиционного о ней представления. В её основе лежит эффект парадокса, когда кажущийся поначалу безумным способ достижения цели оказывается единственно верным. Чем он необычней, тем острее восприятие, тем ярче впечатление, тем сильнее он западает в память».
То же самое о красоте писал я в своей статье «Красота логического маневра»:
«Красота в шахматах немного другого рода, чем в живописи или музыке. Шахматный ход называют красивым, если он странный, но единственно правильный. Как бы выглядела наша жизнь, если бы мы точно знали, как поступать правильно и избежать ошибок? Вероятно, мы бы назвали красивым странное решение человека пойти на работу окольным путем, а не по прямой, где его ждали хулиганы с дубинками. Красивым было бы и его желание купить точно такой же пирожок в два раза дороже, потому что если бы он пообедал тем, что дешевле, то провел бы следующую неделю в больнице».
Полное совпадения взглядов. Но дальше Юрий Васильевич начинает противопоставлять парадокс и логику. Увы, даже на примере неудачных этюдов, где выбор правильного хода очевиден, его старания убедить читателя в отсутствии странной логики обречены на провал.
Так что спорить есть о чем. Постарайтесь пробудить в своих душах чувство красоты шахматной логики. Иначе, будете смотреть на шахматные этюды так же однобоко как мастер Базлов.
Как я понял из статьи, Юрий Васильевич негативно относится к ситуации, когда в начальной позиции этюда король (белый или чёрный – неважно) находится под шахом. Его доводы смехотворны. Судите сами. Он требует от авторов (речь идёт о композиции №2 W.Bruch & M. Minski), чтобы те доказали, как Его Белое Величество оказалось в «потревоженной» ситуации. Каждый согласится со мной: этюдист должен доказывать лишь легальность начальной позиции этюда и корректность решения. И больше ничего!
Или вот ещё. Базлов полагает, раз в преддверии вступительного хода король играющей стороны находится под шахом, значит «ПЕЛЕНА» с тайны уже частично скинута: игру начинает король». Но почему король? Это раз. А во-вторых, есть много этюдов (среди которых могут быть шедевры) без шаха королю в начальном положении, в которых эфемерная ПЕЛЕНА приоткрыта ещё больше, нежели в упомянутом выше этюде с шахом белому королю, и не только перед первым ходом, но и перед последующими ходами! Но почему-то в таких случаях никаких нареканий, как правило, не следует.
Резюме: нахождение короля под шахом в начальной позиции этюда не является недостатком. В противном случае на вопрос: «А в чём ущербность подобной ситуации?» – ответ повис бы в воздухе.