Судья Московского конкурса Олег Перваков наградил 15 этюдов из 30, отметив хороший уровень присланных произведений. Увы, оригинальность многих из них ничтожно мала, поэтому мне пришлось нафаршировать свой критический обзор обнаруженными предшественниками, а названием намекнуть судье, что пора любителей чужого гнать в шею из конкурса (off), и не делать из него посмешище (mock).
К счастью, предшественника к первому призу не нашлось, но пешка с7 мешает похвалить этюд. Зачем она добавлена? Без нее все чисто: и ложный след, и главный вариант.
Второй приз повторяет замысел этюда В.Тарасюка 2014 года. Да, появилось какое-то колесо белого коня после наращивания вступления, но достигнутая в такой способ геометрия второстепенна, не так ли?
Третий приз откровенно слаб. Глупо начислять какие-то бонусы за пустяковую перемену правильных и ошибочных ходов, так как по факту ее нет, ведь никто даже не подумает превращать пешку в слона при живой черной ладье. Жертва белого слона во вступлении не связана с замыслом. Темы Феникса нет, поскольку превращенный слон не появился на поле, где был пожертвован его предок. Слабое превращение в такой схеме хорошо известно. Это похвальный отзыв, братцы-голландцы, а не приз!
Судья правильно заметил в комментарии к этюду А.Жукова, что «идея хода конем с угрозой мата при подвисшем ферзе не нова», но видимо, на предшественника не смотрел, потому что тогда понял бы, что этюд Ю.Соловьева содержательнее и эффектнее – лучше. Тут следует показывать красную карточку за «составление после свистка».
Почетный отзыв П.Арестова с патами при двух черных ферзях явно проигрывает более ранним этюдам с этой идеей. Например, в следующем этюде синтезировано два правильных эхо-пата.
Разве можно после такого восхищаться этюдом Арестова, тем более отмечать его?В специальном почетном отзыве следует правильно записать имена авторов. Если это новый этюд, то К.Сумбатян (по Б.Гусеву и К.Сумбатяну), если не новый, то ему не место в конкурсе. Не может составлять тот, кого уже нет.
Неисправимый плагиатор М.Гарсия вместе со своим невнятным напарником П.Кругом испортили корявым вступлением замечательный этюд М. ван Эссена.
Как вы думаете, кто судил конкурс М.Дворецкого? – Да, Олег, лоханулся ты по полной! Сколько раз надо писать, что Гарсия плагиатор, чтобы судьи проверяли его этюды, прежде чем отмечать их. Потратьте час вашего драгоценного времени на то, чтобы прочитать мою статью о «Поиске с помощью VisualCQL», установить программу и выучить десяток главных команд (мне их достаточно). Тогда вы за минуты сможете находить предшественников, и не будете попадать в неловкие ситуации.
P.S. Рабочие ссылки на программу VisualCQL и движок для нее CQL.
Дело не в количестве. Отказ от взятия ферзя в этюде Соловьева формальный. Эффекта нет вообще никакого. Опять, подчеркиваю – именно это ГЛАВНОЕ! Остальные ходы [ как и начальные ] – вынужденны и примитивно просты. А если ГЛАВНОЕ [ т.е. ТО РАДИ ЧЕГО! ] – никакое, то это обнуляет и все дальнейшее, тем более, примитивное. Ну что: 4 … Qd1 – ах-овый ход? Нет, конечно, он единственный, вынужденный. В противном случае – или вилка, или мат. В №5 ход Nb7!! – не формальный, т.к. рефлективно хочется взять ферзя и черные, после этого, особо не угрожают белым, а у белых можно наметить игру. Ничего подобного нет в этюде Соловьева. Там: 4 … с2 и кирдык! Какой же дурак будет брать ферзя?!
Mock-off-ский конкурс, судья – Пер-fuck-off.
Поехали потихоньку: Московский конкурс – 2016
А мне ( Дураку?) больше остальных как раз понравился этюд Жукова. Еще хотелось бы отметить этюд Беккера ( очень натурально, хотя и не удалось с первого раза разобраться в вариантах). Остальные, на мой взгляд, так себе…
Пусть Жуков считает, что его этюд заценили, а я бы на его месте не очень радовался, потому что А.Коробов отметил его “клона-красавца” вместе с этюдом Беккера, а это не поэзия, даже не проза, а компьютерщина + налимовщина. Ощущения такие же как у Лебедева: “Когда я вижу подобный этюд у меня закрываются глаза, рука бессильно соскальзывает с «мышки», само собою свёртывается окошко с программой ChessBase, и даже (иногда!) проскальзывает мысль о том, что зря ты, мама, меня в шахматы играть научила…”
Жуков гордится, что эффектные ходы в его этюде труднее, чем у Соловьева. Достигнуто это за счет туманных вариантов вокруг линии Троицкого. Связи между этими вариантами нет. Судья увидел в них какой-то оттенок логики, на самом деле это только мираж, туманность, пустота …